После ужина я включаю телевизор, где Винокур отпускает свои

 

плоские шуточки, не забывая при этом напомнить в очередной раз,

 

что «он – друг Левы». На втором канале сквозь «снег» виднеются

 

ка-кие-то мечущиеся тени и‚ судя по звуку, это военные. И

 

неожиданно

 

я сам себе говорю:

 

– Уеду я отсюда.

 

И действительно, через год я уеду из Лойги навсегда. В

 

течение после-дующих шести месяцев, живя в Подмосковье, я

 

познаю на своей собствен-ной шкуре все прелести жизни

 

безработного, не имеющего ни прописки, ни родного угла, ни

 

гроша в кармане.

 

И там же в Подмосковье, я впервые переступлю порог

 

православно-го храма и… застыну‚ как изваяние. А по моему

 

телу в течении сорока минут будут идти мощные

 

живительные токи, от которых будут ше-велиться волосы

 

на голове.

 

А потом я уеду в огромный, неведомый мне город Москву, где в тече-ние

 

почти трех лет буду работать сторожем, сварщиком и кузнецом

 

в одном лице в Стройтресте № 14 и все это время я буду

 

жить в рабочей бытовке.

 

И снова я буду зарабатывать реальные большие деньги, и

 

снова поку-пать себе все‚ что пожелает моя душа, не забывая

 

при этом отклады-вать часть зарплаты на свое будущее

 

жилье. Но в 1998 году моя мечта вместе с денежками

 

превратится в пыль.

 

Все эти три года мне будет сниться один и тот же сон: будто я

 

снова учусь в вечерней школе, при этом мучительно сознавая, что

 

школуXто я эту уже закончил, вот только почему-то не получил диплом.

 

А потом я встречу хорошую женщину по имени Татьяна,

 

мою будущую жену. Первыми моими словами, когда я приду к

 

ней в гости с огромным букетом цветов в руке и

 

двухкилограммовым батоном ветчины под мышкой будут:

 

«Какие же вы счастливые! У вас есть свой дом!».

 

Уже работая кузнецом в Управлении механизации № 1‚

 

судьба сведет меня с мечтателем и эрудитом Максимом

 

Каминским, он покажет мне дорогу к булату.

 

Более трех лет с 2004 по 2007 годы я буду бешено трудиться, изго-

 

товляя своими руками горновую плавильную печь, огнеупорные тигли, по

 

собственному рецепту, варить булатные сплавки и расковывать их

 

в пластины.

 

Однажды, попав в ситуацию, из которой, казалось бы, не

 

было ни-какого выхода, я отчаянно взмолюсь: «Господи!

 

Помоги мне сделать булат! А назову я его «Булатом

 

Аносова!». И Господь услышит мой вопль и поможет.

 

Но поскольку моя душа, содержащая в себе непомерное

 

количество грязи, будет не готова к этому чистому делу, Он

 

очистит ее болезнями. От непрерывных, изнурительных

 

болей в спине мои ноги порой заплета-лись, желудок

 

выворачивало наизнанку от диклофенака, головные боли были

 

такими, что мне иной раз казалось, что я сойду с ума.

 

В последующие годы, уже работая над книгой, я приду к

 

неожиданно-му и поразительному для себя выводу: мне

 

удалось повторить все узоры Павла Петровича Аносова,

 

расковывая булатные сплавки боками пнев-матического

 

молота, точно так же‚ как это делал он – без всяческих

 

ухищрений, прямой ковкой.

 

Обет, данный нашему Господу Богу‚ я выполнил и написал свою

 

первую книгу. И называется она:

 

БУЛА Т АНОСОВА .

 

Домыслы, загадки, изготовление.

 

С уважением к читателю, Владимир


Югов.



 
Besucherzahler Beautiful Russian Girls for Marriage
счетчик посещений